Неточные совпадения
Как изменилася Татьяна!
Как твердо в роль свою вошла!
Как утеснительного сана
Приемы скоро приняла!
Кто б смел искать девчонки нежной
В сей величавой, в сей небрежной
Законодательнице зал?
И он ей сердце волновал!
Об нем она во мраке
ночи,
Пока Морфей не прилетит,
Бывало, девственно грустит,
К луне подъемлет томны очи,
Мечтая с ним когда-нибудь
Свершить смиренный жизни путь!
— Послушай, — сказал твердым голосом Азамат, — видишь, я на все решаюсь. Хочешь, я украду для тебя мою сестру? Как она пляшет! как поет! а вышивает золотом — чудо! Не
бывало такой жены и у турецкого падишаха… Хочешь? дождись меня завтра
ночью там в ущелье, где бежит поток: я пойду с нею мимо в соседний аул — и она твоя. Неужели не стоит Бэла твоего скакуна?
Солнце закатилось, и
ночь последовала за днем без промежутка, как это обыкновенно
бывает на юге; но благодаря отливу снегов мы легко могли различать дорогу, которая все еще шла в гору, хотя уже не так круто.
Илья Ильич жил как будто в золотой рамке жизни, в которой, точно в диораме, только менялись обычные фазисы дня и
ночи и времен года; других перемен, особенно крупных случайностей, возмущающих со дна жизни весь осадок, часто горький и мутный, не
бывало.
А ничего не
бывало: Илья Ильич ко вдове не ходит, по
ночам мирно почивает, карт в руки не берет.
Проспав эту
ночь крепко и спокойно, как всегда
бывает после сильного огорчения, я проснулся с высохнувшими слезами и успокоившимися нервами.
— Нет, я всегда хожу одна, и никогда со мной ничего не
бывает, — сказала она, взяв шляпу. И, поцеловав ещё раз Кити и так и не сказав, что было важно, бодрым шагом, с нотами под мышкой, скрылась в полутьме летней
ночи, унося с собой свою тайну о том, что важно и что даёт ей это завидное спокойствие и достоинство.
Бывало, всю
ночь как есть, до утра хором поют, и какая выше голосом забирает, той и награда.
В средине зимы у эскимосов
бывает три месяца темно. А летом солнце совсем не садится, и
ночей совсем не
бывает.
Блестела золотая парча, как ржаное поле в июльский вечер на закате солнца; полосы глазета напоминали о голубоватом снеге лунных
ночей зимы, разноцветные материи — осеннюю расцветку лесов; поэтические сравнения эти явились у Клима после того, как он
побывал в отделе живописи, где «объясняющий господин», лобастый, длинноволосый и тощий, с развинченным телом, восторженно рассказывая публике о пейзаже Нестерова, Левитана, назвал Русь парчовой, ситцевой и наконец — «чудесно вышитой по бархату земному шелками разноцветными рукою величайшего из художников — божьей рукой».
— Странно они осматривали все, — снова заговорила Татьяна, уже с оттенком недоумения, — точно первый раз видят Кремль, а ведь, конечно, многие, если не все,
бывали в нем пасхальными
ночами.
А то,
бывало, девушка,
ночью встану — у нас тоже везде лампадки горели — да где-нибудь в уголке и молюсь до утра.
Рассчитывали на дующие около того времени вестовые ветры, но и это ожидание не оправдалось. В воздухе мертвая тишина, нарушаемая только хлопаньем грота.
Ночью с 21 на 22 февраля я от жара ушел спать в кают-компанию и лег на диване под открытым люком. Меня разбудил неистовый топот, вроде трепака, свист и крики. На лицо упало несколько брызг. «Шквал! — говорят, — ну, теперь задует!» Ничего не
бывало, шквал прошел, и фрегат опять задремал в штиле.
От этого же
бывает роса. Как остынет земля
ночью, над ней воздух остынет, и из холодного воздуха выходят пары каплями и садятся на землю.
Опять, как же и не взять: всякого проберет страх, когда нахмурит он,
бывало, свои щетинистые брови и пустит исподлобья такой взгляд, что, кажется, унес бы ноги бог знает куда; а возьмешь — так на другую же
ночь и тащится в гости какой-нибудь приятель из болота, с рогами на голове, и давай душить за шею, когда на шее монисто, кусать за палец, когда на нем перстень, или тянуть за косу, когда вплетена в нее лента.
«Матушка, не плачь, голубушка, — говорит,
бывало, — много еще жить мне, много веселиться с вами, а жизнь-то, жизнь-то веселая, радостная!» — «Ах, милый, ну какое тебе веселье, когда
ночь горишь в жару да кашляешь, так что грудь тебе чуть не разорвет».
Смеется, должно быть, с другою надо мной, и уж я ж его, думаю, только бы увидеть его, встретить когда: то уж я ж ему отплачу, уж я ж ему отплачу!»
Ночью в темноте рыдаю в подушку и все это передумаю, сердце мое раздираю нарочно, злобой его утоляю: «Уж я ж ему, уж я ж ему отплачу!» Так,
бывало, и закричу в темноте.
Пять лет тому как завез меня сюда Кузьма — так я сижу,
бывало, от людей хоронюсь, чтоб меня не видали и не слыхали, тоненькая, глупенькая, сижу да рыдаю,
ночей напролет не сплю — думаю: «И уж где ж он теперь, мой обидчик?
Припоминая потом долго спустя эту
ночь, Иван Федорович с особенным отвращением вспоминал, как он вдруг,
бывало, вставал с дивана и тихонько, как бы страшно боясь, чтобы не подглядели за ним, отворял двери, выходил на лестницу и слушал вниз, в нижние комнаты, как шевелился и похаживал там внизу Федор Павлович, — слушал подолгу, минут по пяти, со странным каким-то любопытством, затаив дух, и с биением сердца, а для чего он все это проделывал, для чего слушал — конечно, и сам не знал.
Федор Павлович ложился по
ночам очень поздно, часа в три, в четыре утра, а до тех пор все,
бывало, ходит по комнате или сидит в креслах и думает.
Любила, чтоб к ней губернатор изредка заехал с визитом, чтобы приезжее из Петербурга важное или замечательное лицо непременно
побывало у ней и вице-губернаторша подошла, а не она к ней, после обедни в церкви поздороваться, чтоб, когда едет по городу, ни один встречный не проехал и не прошел, не поклонясь ей, чтобы купцы засуетились и бросили прочих покупателей, когда она явится в лавку, чтоб никогда никто не сказал о ней дурного слова, чтобы дома все ее слушались, до того чтоб кучера никогда не курили трубки
ночью, особенно на сеновале, и чтоб Тараска не напивался пьян, даже когда они могли бы делать это так, чтоб она не узнала.
Он предоставил жене получать за него жалованье в палате и содержать себя и двоих детей, как она знает, а сам из палаты прямо шел куда-нибудь обедать и оставался там до
ночи или на
ночь, и на другой день, как ни в чем не
бывало, шел в палату и скрипел пером, трезвый, до трех часов. И так проживал свою жизнь по людям.
Егор за ужином пересказал это девушкам, прибавив, что барин собирается, должно быть, опять «чудить»
ночью, как
бывало в начале осени.
«Ляпинка» была для многих студентов счастьем.
Бывало нередко, что бесквартирные студенты проводили
ночи на бульварах…
Бывали случаи, что дитя утром умирало на руках нищей, и она, не желая потерять день, ходила с ним до
ночи за подаянием.
По зимам охотники съезжались в Москву на собачью выставку отовсюду и уже обязательно
бывали на Трубе. Это место встреч провинциалов с москвичами. С рынка они шли в «Эрмитаж» обедать и заканчивать день или, вернее сказать,
ночь у «Яра» с цыганскими хорами, «по примеру своих отцов».
Здесь игра начиналась не раньше двух часов
ночи, и
бывали случаи, что игроки засиживались в этой комнате вплоть до открытия клуба на другой день, в семь часов вечера, и, отдохнув тут же на мягких диванах, снова продолжали игру.
Я помню его, когда еще пустыри окружали только что выстроенный цирк. Здесь когда-то по
ночам «всякое
бывало». А днем ребята пускали бумажные змеи и непременно с трещотками. При воспоминании мне чудится звук трещотки. Невольно вскидываю глаза в поисках змея с трещоткой. А надо мной выплывают один за другим три аэроплана и скрываются за Домом крестьянина на Трубной площади.
Мы оба стали прислушиваться, но кругом было тихо, так тихо, как только
бывает в лесу в холодную осеннюю
ночь. Вдруг сверху посыпались мелкие камни.
«Должно быть, это
бывает по
ночам», — думал я, и чувство щемящего до боли сожаления сжимало мне сердце.
Помнил ли я ее? О да, я помнил ее! Я помнил, как,
бывало, просыпаясь
ночью, я искал в темноте ее нежные руки и крепко прижимался к ним, покрывая их поцелуями. Я помнил ее, когда она сидела больная перед открытым окном и грустно оглядывала чудную весеннюю картину, прощаясь с нею в последний год своей жизни.
По несчастию, «атрибут» зверства, разврата и неистовства с дворовыми и крестьянами является «беспременнее» правдивости и чести у нашего дворянства, Конечно, небольшая кучка образованных помещиков не дерутся с утра до
ночи со своими людьми, не секут всякий день, да и то между ними
бывают «Пеночкины», остальные недалеко ушли еще от Салтычихи и американских плантаторов.
«…Мое ребячество было самое печальное, горькое, сколько слез пролито, не видимых никем, сколько раз,
бывало,
ночью, не понимая еще, что такое молитва, я вставала украдкой (не смея и молиться не в назначенное время) и просила бога, чтоб меня кто-нибудь любил, ласкал.
Не боясь ни людей, ни деда, ни чертей, ни всякой иной нечистой силы, она до ужаса боялась черных тараканов, чувствуя их даже на большом расстоянии от себя.
Бывало, разбудит меня
ночью и шепчет...
— Я слышала, что Привалов нынче почти совсем не
бывает у Бахаревых, — проговорила Антонида Ивановна, тоже стараясь попасть в тон равнодушия. — Вероятно, дела по опеке отнимают у него все свободное время. Мой Александр целые
ночи просиживает за какими-то бумагами.
—
Побываем везде… Стоит посмотреть здешний народец. Видите ли, мы сначала завернем в «Биржевую», а потом к Катерине Ивановне: там папахен процеживает кого-то третий день. Крепкий старичина, как зарядит — так и жарит
ночей пять без просыпу, а иногда и всю неделю. Как выиграл — вторую неделю гулять… Вы не слыхали, какую шутку устроил Данилушка с Лепешкиным? Ха-ха… Приходят в одну гостиницу, там аквариум с живыми стерлядями; Данилушка в аквариум, купаться… конечно, все раздавил и за все заплатил.
Иногда
бывало так же весело, как и прежде; только, расходясь на
ночь, они стали крепко и горячо обнимать меня, чего не было прежде.
Иногда, по
ночам, мы проводили целые часы одни, молча, — мамелюк Рустан храпит,
бывало, в соседней комнате; ужасно крепко спал этот человек.
Этот визит все-таки обеспокоил Галактиона. Дыму без огня не
бывает. По городу благодаря полуяновскому делу ходили всевозможные слухи о разных других назревавших делах, а в том числе и о бубновской опеке. Как на беду, и всеведущий Штофф куда-то провалился. Впрочем, он скоро вернулся из какой-то таинственной поездки и приехал к Галактиону
ночью, на огонек.
В нем точно жили несколько человек: один, который существовал для других, когда доктор выходил из дому, другой, когда он
бывал в редакции «Запольского курьера», третий, когда он возвращался домой, четвертый, когда он оставался один, пятый, когда наступала
ночь, — этот пятый просто мучил его.
И так я бегала три месяца, пока была любовь; все
ночи этого времени
бывала у него.
— Да как в тот раз, — сказал Пахом. — В радельной рубахе к попу на село не побежал бы. Долго ль до огласки? И то, слышь, поп-от грозил тогда. «До архиерея, — говорил, — надо довести, что у господ по
ночам какие-то сборища
бывают… и на них монахов в рубахи тонкого полотна одевают».
И каждую
ночь бывали у них радения.
Патап Максимыч дня четыре прожил у Колышкиных, и каждый день с утра до́
ночи тут
бывал Самоквасов. Дуня помаленьку стала с ним разговаривать, и он перестал робеть. Зорко поглядывала на них Аграфена Петровна и нарадоваться не могла, заметив однажды, что Дуня с Петром Степанычем шутят и чему-то смеются.
Катеньку поместили в комнате возле Вареньки и Дуни. Все вечера девушки втроем проводили в беседах, иной раз зайдет,
бывало, к ним и Марья Ивановна либо Варвара Петровна. А день весь почти девушки гуляли по́ саду либо просиживали в теплице; тогда из богадельни приходили к ним Василиса с Лукерьюшкой. Эти беседы совсем почти утвердили колебавшуюся Дуню в вере людей Божиих, и снова стала она с нетерпеньем ждать той
ночи, когда примут ее во «святый блаженный круг верных праведных». Тоска, однако, ее не покидала.
— Известно что, — ухмыльнулся Васютка. — Соловьев по
ночам вместе слушают-с, по грибы да по ягоды по лесочкам похаживают. Были у них ахи, были и махи, надо полагать, всего
бывало. На эти дела в скитах оченно просто. Житье там разлюли-малина, век бы оттоле не вышел.
— Какая-то, слышь, у них особая тайная вера, — сказала Дарья Сергевна. — И в старину, слышь, на ту же долину люди сбирались по
ночам и тоже вкруг Святого ключа песни распевали, плясали, скакали, охали и визжали. Неподобные дела и кличи
бывали тут у них. А прозывались они фармазонами…
Доподлинно знаю, что у нее в пустынном дворце по
ночам бывает веселье: приходят к царице собаки-гяуры, ровно ханы какие в парчовых одеждах, много огней тогда горит у царицы, громкие песни поют у нее, а она у гяуров даже руки целует.
Поглощенная домашним хозяйством, Дарья Сергевна с утра до поздней
ночи то хлопочет,
бывало, об обеде да об ужине, иной раз и сама постряпает, то присматривает она за стиркой белья, то ходит по кладовым, подвалам, погребам, приглядывая за хозяйским добром, считает кур, гусей, индеек и уток, сидит в коровнике, пока не выдоят коров, ухаживает за новорожденными телятами, а по вечерам и вообще в свободное от хозяйственных забот время стоит по часам на молитве либо читает Божественное.
По зимам и в темные
ночи осенние, когда Меркулов в отлучках
бывал, видалась она с полюбовником в уютной спаленке, до вторых петухов с ним просиживала возле изразцовой печки на теплой лежаночке, а летом миловалась с ним в зеленом саду, в частом вишенье, орешенье и весело над постылым мужем посмеивалась.